Костер пышет не только жаром

Автор: | 11 марта 2020

Огонь неисчерпаем для исследований в физической химии, химической физике, термодинамике, кинетике или в пожарном деле. Однако сейчас речь пойдет не об этих волнующих проблемах, а о занятии заурядном даже для первобытного человека — о разведении костра.

После изобретения в 1805 г. спичек разжечь костер стало вовсе нехитрым делом. И сейчас многие разводят огонь без всякой к тому необходимости.

На первый взгляд в кострах вроде никакой проблемы нет — просто не надо их разводить там, где они могут причинить вред. Но в том-то и дело, что вред от костров есть всюду. И здесь мне хотелось бы поделиться с читателями результатами исследований и своими соображениями относительно всяческих костров.

Костер пышит не только жаром

Во время экспедиций и туристских походов автору и самому доводилось разводить костры. Обычно это происходило в отдаленных районах, на берегу реки, на достаточном расстоянии от деревьев. Мы всегда проверяли, не торфяная ли почва в выбранном месте, иначе загасить огонь будет невозможно. Разводили огонь и на песке, заливаемом в половодье, что даже не нарушало ни травяного покрова, ни почвы.

Всякий раз, разжигая костер, я не мог отмахнуться от мысли, что приходится дышать дымом, когда вокруг лесной целебный воздух, насыщенный легкими ионами, благодетельными фитонцидами, озоном… Правда, костер нам был действительно необходим для приготовления пищи, сушки белья или обогрева. Поэтому и с дымом приходилось мириться.

И наверное, костры меня не очень бы волновали, если бы несколько лет назад в один из воскресных дней не довелось побывать в небольшой сосновой роще в черте крупного города. В окружении высоких зданий, можно сказать, чудом сохранился участок прекрасных вековых сосен. Вероятно, на каждую сосну приходилось по 400—450 жителей из окружающих зданий. Казалось бы, таким кусочком природы следует особо дорожить. Было засушливо, стоял ясный, жаркий день. В леске собралось много людей. Ну что ж, пусть отдыхают себе на здоровье, воздуха и аэростимуляторов хватит на всех. Однако через каждые 5—7 метров среди деревьев пылал огромный костер, так что и сидеть-то рядом было небезопасно. Люди,несмотря на жару, льнули к огню, окутанные дымом.

Рядом со взрослыми у костров копошились дети. По лесу шел магнитофонный рев и сплошной стук, как на лесоповале. Отдыхающие энергично искали, какие ветви еще отодрать, какие деревья еще спилить, чтобы сжечь. Зачастую костры были не ниже метра и полыхали рядом с соснами. От огня обугливались стволы, вспыхивали подсохшие ветки и листья. Видно, многие разводили огонь чуть ли не в первый раз. Все вокруг погрузилось во мглу, першило в горле, щипало в глазах. А народ все прибывал, торжественно неся топоры и шампуры. Раздуваемые ветром языки пламени среди сосен,- утонувших в дыме, остались в памяти, как кошмарное видение.

Что заставляет людей вместо успокаивающей лесной прогулки, чтения книг, слушания птиц или наблюдения за резвящейся белкой жариться у огня, морщась от дыма? Чем так привлекательны эти метровые костры, разбрызгивающие искры? Хотя в нашей лаборатории физико-химических исследований Института общей и коммунальной гигиены им. А. Н. Сысина АМН СССР достаточно актуальных тем по охране окружающей среды, мы сочли своим долгом взяться и за эту не очень-то привлекательную проблему костра, разводимого городскими жителями, обитающими в зданиях с центральным отоплением, с электрическими или

газовыми плитами. Несколько лет мы анализировали состав лесного воздуха, подвергающегося воздействию костров. Выявляли причины, побуждающие людей, выходя из своих квартир на прогулку, разжигать костры в 100— 300 метрах от дома.

Вот что мы узнали. Костер пышет не только жаром — в задымленном воздухе витают десятки токсических веществ: окись углерода, окислы азота, сернистый газ, сероводород, аммиак, спирты, альдегиды, кетоны, фенолы, предельные, непредельные и ароматические углеводороды, тяжелые металлы, канцерогенные соединения. Суммарный показатель загрязненности воздуха в сосновой роще был 70—90 ПДК (во столько раз загрязнение превысило гигиеническую норму). Даже на самых напряженных транспортных магистралях загрязнение редко бывает больше 30—50 ПДК. Но это еще не все — у самих костров, так сказать, на рабочих местах, загрязнение воздуха в 200— 300 раз превышало норму. На расстоянии в 50—100 м от рощи загрязнение падало, но все равно в 3—5 раз превышало ПДК. Пребывание в такой среде отдыхом назвать никак нельзя. Для сохранения здоровья лучше в задымленный лес вообще не ходить. Ситуация абсурдная: санэпидслужба запрещает в городах сжигать мусор, чтобы не загрязнять воздух, однако такое загрязнение отдыхающие в лесу устраивают себе сами.

Гигиена (наука о здоровье человека) учитывает выделение токсических веществ и самими людьми (с выдыхаемым воздухом и с поверхности кожи). Есть гигиенические нормативы по размещению людей в жилых и общественных зданиях, аудиториях и зрительных залах. Лес с большим количеством людей в какой-то степени становится общественным помещением. Так вот, лишь один-единственный костер по загрязнению воздуха оказался в среднем эквивалентным пребыванию в лесу 5200 человек.

При социологическом обследовании выяснилось, что в 84 % случаев причиной разжигания костра в сосновой роще явилось… приготовление шашлыка. В 8 % родители хотели побаловать детей игрой с огнем, 5 % разжигали костры за компанию (дескать, все жгут), в 3 % огонь и дым были нужны для защиты от комаров. Среди главных «кочегаров» было 62 % мужчин, 28 % подростков, 10 % женщин. И что особенно примечательно, «кочегары» на 78 % состояли из курящих. Но пойдем далее: в 76 % прикостровых компаний люди не только ели, но и принимали спиртное. На вопрос, не погубят ли костры сосны, белок и птиц, 46 % выразили безразличие к их судьбе; 62 % отнеслись к опрашивающим лицам, несмотря на их максимальную вежливость, явно враждебно.

Пожалуй, еще ни один специалист по окружающей среде, давая экономическую оценку лесопаркам, не подсчитал эффективность их использования с учетом приготовления шашлыков. Приучение детей к огню (дело серьезное и опасное) имело место в 58 % случаев при приготовлении шашлыков, всего же — в 72 %. Мы уже привыкли к детям со спичками, жаждущим во дворе, с упорством, достойным лучшего применения, поджечь все, что только возможно. Никчемное, массовое и неумелое сжигание детьми прошлогодней травы приводит к тому, что сгорают кусты, повреждаются деревья. И так далее и тому подобное.

Родители должны знать, что, выводя детей в лес и любовно разжигая для них костры, они подвергают своих чад массированному воздействию токсических веществ, отравляют их, как впрочем, и себя. Так, часовое бдение у костра по ущербу для организма соответствует пятичасовому пребыванию на городской автомагистрали. Большинство же просиживает у костра несколько часов, тем самым посвящая воскресный день не свежему воздуху, а вдыханию ядов.

Не приводит к хорошему и приучение детей к топору. Подросток на глазах у родителей бродит с топором вокруг костра, варварски повреждая деревья. Я видел, как из-за стакана березового сока чуть ли не наполовину был подрублен ствол у березы. На растопку с нее сдирали кору или срубали кору с сосен. Вокруг некоторых костров деревья помельче были спилены так, чтобы служить в качестве скамеек. Впрочем, дело не только в топорах и пилах.

Наиболее легкомысленно разводят огонь в лесу курящие, особенно окруженные детьми. Из этих «кочегаров» только 36 % волновала чистота воздуха, .в то время как среди некурящих — 97 %. Увы, среди взрослых, зажигавших огонь, чтобы потешить детей, количество курящих в 7,6 раза превысило число некурящих. Опросы свидетельствуют, что спиртные напитки тоже способствуют злоупотреблению огнем в лесу. Так что, одни вредные привычки как бы порождают другие, быстро наносящие явный ущерб: сколько деревьев погибает от незатушенных сигарет и спичек!
Лес и бестолковые костры несовместимы. Это бездумное разбазаривание природных богатств. Повсюду в черте городов и в пригородных лесах стоит либо запретить, либо сильно ограничить разведение костров. Дело это не столь уж сложное. Мне думается, что простая • пометка типа штампа нужна в служебных удостоверениях работников лесной охраны и других должностных лиц. Эта пометка провозгласит их право разжигать костры в случае необходимости. Такое же разрешение может проставляться в охотничьих, рыболовных билетах или выдаваться отдельно. В общем, тут широкое поле деятельности для администраторов и правовых органов. И главное, конечно, дети. К сожалению, мы много говорим об экологическом воспитании, однако мало делаем, чтобы оно вошло в жизнь.

Трудности борьбы с кострами в лесопарках не надо преувеличивать. Согласно нашим обследованиям, на активных «шашлычников» (включая членов их семей и помощников) приходится не более 0,4 % населения. Конечно, среди них найдутся воинственные любители, которые сочтут невозможным дальнейшую жизнь без шашлыка, собственноручно приготовленного на лоне природы. С ними нужно не только бороться, имеет смысл и пойти им навстречу. В крупных лесопарках всегда достаточно отходов после санитарных рубок или от расчистки леса от поваленных деревьев. В лесопарках стоит выделить участки, где пожар не угрожает основным массивам. Здесь можно устроить небольшие лесосклады, установить мангалы, выдавать на прокат топоры, пилы, шампуры. Сюда любителей чада будут зазывать плакаты типа «Добро пожаловать», а также красочные инструкции по приготовлению шашлыков (сырое, непропеченное мясо весьма опасно для здоровья).

На этих же участках хорошо бы иметь и государственные мангалы, и опытных кулинаров, и буфеты. Ведь не каждый любитель шашлыка непременно хочет прокоптиться сам. А один мангал способен заменить десяток костров. Локализация дыма позволит полноценно отдохнуть тем, кто не жаждет шашлыков.

И вообще всем людям полезно держаться от костров подальше, ибо, как уже было сказано, они пышут не только жаром.

Доктор химических наук М. Т. ДМИТРИЕВ
Химия и жизнь, 1986, N6

Поделитесь с друзьями